Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
20:45 

Queen Rippey
Я мыслю, значит Ты существуешь (с) Ergo Proxy
Название: Там, где живут ведьмы.
Автор: Queen Rippey
Рейтинг: R
Жанр: городское фэнтези, приключения, детектив
Размер: миди
Статус: закончен
Саммари: В небольшом городе N на самом старом кладбище завелись упыри, которые пожирают как мертвых, так и живых. Чтобы справится с напастью смотрители кладбища обращаются не в городскую гильдию охотников на чудовищ, а нанимают недавно приехавшую в город ведьму-охотницу Адель. Полагая, что новое задание - небольшая, но выгодная халтурка, Адель без лишних раздумий берется за дело. Но очень скоро охотница понимает, что не все так просто на старом кладбище, и без посторонней помощи ей не обойтись.
Примечание от автора: история написана уже давно, но я решила не выкладывать все сразу, а по главам.


Каждая случайность - неизбежность. Иначе она бы не произошла. (с) "Трасса 60"

Никакой дружбы. Никаких чувств. Лишь капелька страсти. Идеальная пара (с) "Подземка"

Вас только познакомили, а ты уже на него с ножом! (с) "Алиса в Зазеркалье"


Пролог.


Боль. Она мучила Зверя уже несколько дней и никак не желала утихать. Наоборот, с каждой минутой она словно бы усиливалась, ломая кости и терзая нутро. В голове не осталось ни одной нормальной мысли, лишь непонятный шум и нечеткое желание умереть.
Иногда боль ненадолго уходила, давала отдохнуть, но короткие передышки всегда быстро заканчивались. И вот она вновь вцепилась в плоть острыми, как тысяча иголок, клыками. Зверь не выдержал и глухо застонал.
- Тихо, приятель, тихо.
Худая рука появилась откуда-то из превратившегося в склизкий туман внешнего мира. Широкая прохладная ладонь нежно погладила взмыленную грязную шкуру.
- Не волнуйся. Боль скоро пройдет.
Сквозь алую склизкую пелену мучений Зверь почувствовал, как к пылавшему жаром боку прижалось знакомое худощавое тело. Его всегда удивляло, насколько тощим и хрупким оно было. Даже не верилось, что этот человек был его товарищем в воздухе и на земле. А теперь он заботился о нем, о Звере. Одном из самых сильных и ловких существ в мире.
Боль зашевелилась в горле, царапая гортань. Зверь долго и мучительно закашлялся. Поглаживания стали мягче и теплее.
- Тихо, тихо… Потерпи еще немного… Я узнал как приготовить лекарство.
Из больших мутных и полных страданий глаз потекли слезы. Зверь почувствовал, как пропала с бока рука и обжигающе прохладные ладони легки на морду зверя. Своим лбом человек прижался ко лбу Зверя. На какую-то секунду показалось будто на шкуру упали слезы.
- Ты выздоровеешь. Я обещаю.
Зверь неосознанно застонал, попытавшись податься вперед. Ближе к человеку, который о нем так заботиться. Ближе к своему другу.
- Я нашел ту, которая нам поможет.

Глава 1.


Они встретили ее на мосту. Она была одета как и они, в элегантные черные одежды, отдающие стариной. Тусклые серебряные украшения в виде крестов, черепов и роз обвивали ее бледные руки и шею. И только длинные рыжие волосы, небрежно заплетенные в косу, были единственным ярким пятном во всей ее внешности.
Ее никто толком не рассматривал, но каждый ее заметил. О ней никто не заговорил, но каждый успел отвлеченно подумать. А она просто стояла на мосту, кутаясь в черную шаль, и отрешенно рассматривала багряный закат, слушая как где-то вдалеке играют церковные колокола. Но когда они прошли мимо, она последовала за ними. Так в тот вечер в компании сторонников декаданса стало на одного человека больше.
Она шла вместе с ними, но никто с ней не разговаривал. Она пила с ними вино, но из собственной фляги. Никто не обращал на нее внимания, но и она сама не стремилась с кем-то общаться. И только один человек не мог отвести от нее глаз. Когда же их взгляды встретились, он, не задумываясь, подошел к ней и заговорил.
Его все называли Поэт и он был любимцем женщин. Он был высок, хорош собой, с утонченными чертами лица. Его блестящие иссиня-черные волосы всегда были распущены и струились по плечам. Женщины называли его «настоящим вампиром» и с трепетом внимали его пустым стихам, считая их истинной в последней инстанции. Поэт прекрасно знал о своей красоте, гордился успехом у дам и не упускал случая покрасоваться перед ними. Но сегодня все свое обаяние он направил на рыжеволосую незнакомку.
Она была похожа на других поклонниц Смерти, но, одновременно, казалась совершенно иной. Она улыбалась, но в улыбке ее не было ни веселья, ни тоски. В уголках ее губ таился манящий порок, какая-то тайна, и больше всего Поэту хотелось разгадать эту загадку. Но девушка ничего о себе не говорила, лишь только задавала все новые и новые вопросы о своем спутнике. Ему льстил ее интерес, и он с энтузиазмом рассказывал все, что она хотела знать. Так они и дошли со всеми остальными до старого кладбища на окраине города, попивая вино из ее фляги. Но в один момент желание узнать о рыжей незнакомке хоть что-то стало просто невыносимым, и Поэт спросил:
- Кто же ты такая?
Чужая остановилась и запечатлела на его бледных губах долгий поцелуй.
- Я твоя судьба, - шепнула она, отстранившись, и взяла его за руку. Окончательно отделившись от своих товарищей, они свернули вглубь кладбища. У одного из каменных мавзолеев они остановились, и шпилькой из волос девушка ловко открыла ржавый замок. Внутри было холодно, темно и очень грязно, но молодых людей это не смущало. Они страстно целовались и ласкали друг друга через одежду. Неожиданно она оцарапала его шею до крови острыми ногтями. Поэт шарахнулся, но увидев лукавую улыбку на чувственных губах рыжей, успокоился и решил, что это лишь игра. Он потянулся за новым поцелуям, не обращая внимания на сочащуюся из порезов алую жидкость, но чужая одним ловким прыжком отскочила далеко в сторону. В этот же момент из темноты позади Поэта вынырнула зубастая огромная пасть и схватила парня за голову. Хрустнул череп, мозги и кровь закапали на каменный пол. Удерживая свежий труп в клыках, чудовище опустилось на четыре лапы. Монстр напоминал человека, точнее женщину, так как легко можно было разглядеть сморщенную обвисшую грудь. Местами тело твари покрывали редкие волосы, костлявые руки переходили в перепончатые крылья, а голова была непропорционально большой. Взгляд белесых глаз был совершенно безумным из-за неутолимого чувства голода. Не выпуская добычу, чудовище принюхалось и посмотрело на рыжеволосую девушку. Таинственная особа стояла у стены в тени. В ее зеленых глазах не было и капли страха, только холодный расчет и ожидание. Она явно была готова в любой момент дать достойный отпор, но вызова не бросала. Монстр настороженно просипел, отводя взгляд, и стремительно выбежал из мавзолея. Девушка расслабилась и будничными движениями поправила растрепавшиеся волосы и одежду. Закутавшись в шаль поплотнее, она прогулочным шагом пошла по кровавой дорожке, оставленной трупом. Вскоре рыжая набрела на мертвого Поэта. Некогда прекрасное тело превратилось в кровавую кашу: живот был вспорот, вокруг валялись куски выпотрошенных и разодранных внутренностей. Монстра нигде не было, лишь только на опавшей осенней листве остались его следы. Девушка прижала край накидки к носу, аккуратно обошла месиво из мяса и раздробленных костей и направилась дальше. Не спеша, она добралась до неглубокого оврага на краю кладбища. Здесь почти не было надгробий, только лысые черные деревья и кусты. Ближе ко дну на подстилке из янтарных листьев корчилось в муках чудовище. Безобразная морда была измазана в чужой крови и собственной рвоте, жилистое тело дрожало от боли. Тварь увидела рыжеволосую незнакомку и попыталась взлететь, но совершенно обессиленная упала обратно на землю. Без какого-либо страха, девушка подошла ближе к монстру и присела рядом на корточки.
- Не стоит недооценивать мужчин и считать их своими игрушками. Они могут оказаться весьма ядовитыми, - мелодичным голосом произнесла рыжая, доставая из-под шали острый серебряный кинжал. Чудовище утробно зарычало и попыталось отползти в сторону, но только неуклюже перекатилось на спину. Девушка ласково погладила безобразную лысую голову и одним быстрым ударом вонзила лезвие в сердце твари.

Адель Раскольникова сидела на стуле, закинув ногу на ногу, и излучала такую уверенность, из-за которой в ее обществе даже хозяева чувствовали себя гостями в собственном доме. Рыжие волнистые волосы были распущены и тяжелым водопадом падали ниже бледных плеч. Одета Адель была в те же одежды, что и час назад, лишь только приталенная осенняя куртка висела на спинке стула. Но теперь в длинном платье с вырезом от бедра и небрежно наброшенной на плечи шалью, девушка выглядела точно звезда Голливуда, а не поклонница творчества Эдгара Алана По.
Напротив Адель за дубовым столом сидели трое представителей Общества смотрителей Восточного кладбища. Все они выглядели очень молодо с ровной фарфоров кожей, но волосы их были седыми. В центре восседала девушка неопределенного возраста в наглухо закрытом платье с высоким воротником. Ее шею укрощала камея из пожелтевшей кости, а среди серо-белых прядей проглядывались редкие черные волоски. Справа от леди сидел юноша с наполовину поседевшими русыми волосами в темно-коричневом костюме. Слева устроилась низенькая девушка. Она казалась самой молодой из троицы, а волосы ее пребывали в том же состоянии, что и у молодого человека.
- Нам понравилась ваша работа, - вкрадчивым голосом произнесла старшая, госпожа Анна. – Быстро.
- Бесшумно, - добавил юноша по имени Влад, положив на стол маленькую книжку в коричневом кожаном переплете.
- Эффективно, - вторила юная госпожа Татьяна, возложив шкатулку из темного дерева. Крышка со щелчком открылась и присутствующим предстали две пухлые пачки денег.
- Но немного грязновато, - поморщила нос Анна.
- Не думала, что ваше Общество беспокоят людские жизни, - отметила Адель, взяв книжку и быстро перелистывая пожелтевшие от времени страницы.
- Люди нас не интересуют, - пояснил Влад. – Но нам придется приводить кладбище в порядок после вас.
- Пардон, - сухо бросила рыжеволосая, принимаясь за пересчет первой пачки денег.
- Тем ни менее, мы надеемся на дальнейшее сотрудничество, - любезно произнесла леди Татьяна.
- Вольный охотник вашего мастерства – большая редкость, - старшая из троицы довольно прикрыла темно-серые глаза.
- А с Гильдией охотников вы в цене не сошлись? – невинно поинтересовалась Адель, не отвлекаясь от банкнот.
Все три представителя Общества смотрителей Восточного кладбища зло сверкнули глазами.
- Можно сказать и так, - напряженно ответил юноша.
Рыжая саркастически хмыкнула, поведя плечом, и собрала деньги обратно в ровные стопочки.
- Можете не беспокоиться, - промурлыкала охотница, пряча заработок, - я в вашем городе надолго.
- Прекрасно, - высказала общее одобрение самая младшая из общества.
- Но, искренне надеемся, что вы не будите злоупотреблять нашим гостеприимством, - жестко обрезала Анна.
В повисшей напряженной паузе Адель смерила каждого из троицы долгим, холодным и презрительным взглядом. Чувственные прекрасно очерченные алые губы искривись в злой хищной улыбке.
- Если только ваши мертвецы не будут злоупотреблять моей... общительностью.

Адель вышла из старинного особняка Общества смотрителей Восточного кладбища и облегченно вздохнула. Как же сильно раздражал девушку напыщенность и пафос троицы нанимателей. Но ради денег и редкой книги приходилось терпеть.
Было еще темно. Освещался только особняк и центральная аллея, все остальное кладбище накрыл мрак. Адель не без удовольствия отметила, что у нее еще есть несколько часов, чтобы поспать перед обыкновенной человеческой работой.
Свернув за угол, охотница на нечисть достала из внутреннего кармана куртки серебряную флягу. Тонкой струйкой остатки дешевого вина, которое спрятанное на дне массивное кольцо из дорого серебра и сама фляга из чуть менее качественного металла превратили в смертельный яд для упырей, окропили землю. Тихо напевая старую колыбельную, Адель побрела по мрачным кладбищенским аллеям домой.

Глава 2.


В половину седьмого будильник настойчивым визгом оповестил о начале нового дня. Зеленые глаза с легким оттенком безумия резко распахнулись. Адель глухо застонала, мысленно проклиная весь белый свет и желая всему человечеству наискорейшей и мучительной смерти. Но деваться было некуда и, превозмогая себя, пришлось выползать из-под теплого уютного одеяла.
В квартирке было ужасно холодно. Как собственно и во всем доме: постройка была очень старая и частые перебои с отоплением давно стали привычным делом. Даже тот факт, что изначально небольшая однокомнатная квартира Адель предприимчивыми бывшими жильцами была перестроена в совсем крохотную двухкомнатную, от холода не спасал. Но Раскольникова в вопросах жилья была девушкой неприхотливой и с учетом низкой арендной платы такой расклад ее вполне устраивал.
Закутавшись в старенький плед, Адель поплелась из спальной в гостиную. Переступила низенький китайский столик и откопала из-под груды книг видавший виды радиоприемник. Радио визгливо затрещало, и сумеречную квартирку наполнили приятные звуки старинного романса в современной аранжировке. Не слушая песню, охотница скрылась в ванной, оставив плед небрежно висеть на спинке дивана. Приятно зажурчала горячая вода. Тем временем были пропеты последние строчки и радио заголосило на всю округу бодрым тембром:
- Доброе утро, дорогие люди, нелюди и прочие радиослушатели! Вы слушаете «Чешир FM». Сейчас, как и каждые два часа, вас приветствую я, Кузя, и ученый зомби Сергей Сергеич… Серега! Подай признаки жизни! Ага, вот так-то лучше… Сегодня, как и всегда, в программе «Вопрос-ответ». Пишет нам Аннушка из Нефтекамска: «Правда ли, что колдуны обладают способностью превращать ведьмаков в своих марионеток и если да, то, как им это удается?»
Адель выглянула из ванной и внимательно прислушалась. Обсуждение данной темы в разных компаниях она слышала не раз, но ей, как ведьме, все равно было любопытно узнать ответ радиоведущих.
- Дорогая наша Аннушка, отвечу тебя прямо – да, могут. А как у них это получается, пояснит наш многоуважаемый труп Сергей Сергеич.
- Живой труп, Кузя. Прошу не путай.
- Конечно-конечно.
- Что ж. Как известно, колдуны и ведьмаки единственные, кто в качестве источника силы используют один и тот же гранд-поток магии – и при этом самым мощным из всех – Уроборос. Тем ни менее методы поглощения и использования магии у них различны. Ведьмаки пропускают магические нити, которые исходят из самого гранд-потока и его ветвей, обычных потоков, через себя, свое сознание и внутренний источник магии, и тем самым отмечают их как свои, чтобы начать ворожить. Этот метод позволяет им плести очень мощные заклинания, но пагубно сказывается на их физическом и психическом здоровье. Колдуны же тщательно огораживают свой разум и внутренний источник, вынимая из него энергию, и отмечают ею окружающие их нити, которые затем используют для колдовства. Таким образом, они тратят больше сил на плетение заклинания, но остаются в безопасности от пагубного влияния сырой магии.
Адель громко презрительно фыркнула и поставила чайник на обшарпанную плиту. Да, магия действительно оказывала сильное влияние на магов, но колдунов их методика не так уж сильно и защищала. Полных психов среди них было не меньше, чем среди ведьмаков, но и не каждый ведьмак был сумасшедшим. По крайней мере, Адель себя к таковым не причисляла.
Тем временем, естественно не слыша возмущения рыжеволосой ведьмы, Сергей Сергеич продолжал:
- Именно этой разницей пользуются колдуны, подчиняя себе ведьмаков – они оперируют с нитями магии, вплетенными в сознание последних, а не с самим сознанием, как например, практикуют шаманы или некроманты.
- Как жаль, что я не колдую. С удовольствием бы заполучил в личное пользование парочку ворожей…
- Не все так просто, Кузя. Во-первых, не каждый колдун обладает достаточными знаниями и силой для успешного подчинения. Во-вторых, он должен иметь четкое представление о личности того, кого хочет подчинить, в самых мельчайших подробностях.
- Хе, как все запутано в вашем датском королевстве. Могу лишь предостеречь прелестных ворожей: внимательнее приглядитесь к своим новым ухажерам. Кто знает, может быть это злобный колдун, у которого на вас не самые честные виды.
- Учту, - шутливо кивнула Адель, черной подводкой вырисовывая изящную стрелочку на правом веке.
Она слышала о подобных прецедентах, но никогда не сталкивалась лично. Ее предупреждали, что никто не застрахован от такой встречи, но она совершенно по-человечески полагала, что подобное может произойти с кем угодно, только не с ней. А если даже и произойдет…
«Что ж… Было бы даже интересно, глянуть на этого смельчака. Или безумца», - отвлеченно подумала девушка, зашнуровывая осенние полусапожки. В последний раз посмотрев перед выходом в зеркало, Адель вышла из квартиры и быстро сбежала вниз по лестнице.
«Может быть, мне даже повезет и я его действительно встречу», - бежали мысли в такт перестуку каблуков. У самого порога подъезда Адель остановилась, толкнула входную дверь и оценила открывшийся осенний пейзаж. Увиденное буйство золотых, янтарных и алых тонов пришлось по душе, и ведьма довольно улыбнулась.
- Ну вот, например, сегодня, - невзначай сорвались с языка слова, но быстро растворились в холодном утреннем воздухе. Мысли метнулись в сторону, и беззаботной походкой Адель пошла на обыкновенную цивильную работу, в хорошем настроении не заметив, как машинально потерла левое предплечье.

- Работа не сложная, - вещал нудным голосом ректор Петр Иванович, спешно идя по коридору Училища Искусств. - Позируете в своей одежде, перерыв пятнадцать минут и гарантированно к обеду будете свободны.
- Угу, - вежливо кивнула Адель, на ходу разглядывая картины учащихся и отвлеченно расплетая рыжую косу.
- Это ведь очень старая традиция, - продолжал ректор. – Вот уже двадцать лет наше училище каждый четверг устраивает открытые занятия рисунка с натуры. Мероприятие очень популярное, но, как вы понимаете, денег у нас не так уж и много…
Петр Иванович неловко замолчал. Они как раз успели подойти к нужной аудитории и через приоткрытые двери Адель воочию убедилась в словах ректора. До начала еще было время, а в зале уже наблюдался аншлаг.
- Поэтому, понимаете, зарплата, честно говоря… - запинаясь, проговорил мужчина, но ведьма жестом заставила его замолчать. Она резко мотнула головой, взбивая рыжие волосы, и наградила ректора милейшей улыбкой.
- Поверти, деньги меня не интересуют, - заверила ведьма и, не дожидаясь ответа, прошла в зал. Она шла между мольбертов с такой непоколебимой уверенностью, будто позировала Училище Искусств с его основания. Студенты и волонтеры замолкали и чуть ли не сворачивали шею, смотря царственной особе вслед недоумевающими взорами. Гордо вздернутый подбородок, надменный взгляд, прекрасная осанка и копна густых рыжих волос – не обратить на ведьму внимание было невозможно, еще сложнее – оторвать взгляд.
Тем временем Адель прошла к постаменту у дальней стены залы и нахально развалилась в кресле натурщицы. Через один подлокотник она перекинула ноги, во второй уперла локоть, а подбородок положила на ладонь. Зеленые глаза прожгли собравшихся художников холодным взглядом.
- Я здесь до обеда, - громко, но спокойно оповестила Адель. – Время пошло.
В ту же секунду все заняли свои места, и аудиторию заполнили звуки чиркающих по бумаге карандашей. И никто не подозревал, что все царственное величие девушки была лишь умелой игрой с масками. Если бы она захотела, то в ту же секунду могла бы превратиться в серую незаметную мышь. Достаточно было только понурить голову, приподнять плечи, чуть сгорбиться, и окружающие тут же потеряли бы к ней всякий интерес. Не спасли бы ни яркие волосы, ни миловидная внешность. В том не было ни капли магии, лишь только помноженная на опыт актерская игра. А практики у Адель было достаточно.
Но с какой бы настойчивостью окружающие не изучали ворожею, ей были безразличны их взгляды. Предельно внимательно ведьма осматривала толпу художников, стараясь разыскать одного очень важного человека. Именно из-за него она согласилась неподвижно сидеть несколько часов кряду за сущие копейки. Она знала, как любил этот художник подобные собрания, так как здесь всегда можно было найти новых интересных людей и, искренне надеялась, что он обязательно придет. Ведь не зря говорили, что его видели здесь на прошлой неделе. Но нигде среди пестрой толпы не сияли серебром седые локоны, не перезванивались многочисленные медные браслеты. И никто тихо-тихо не напевал старую колыбельную.
Пришел последний опоздавший, и объявили, что на занятия больше никого не пустят, так как аудитория забита до отказа. Сердце в груди сильно защемило, но острая боль почти не отразилась на лице Адель. Лишь в глазах вспыхнула тоска, но никто не смог бы ее увидеть сквозь опущенные густые ресницы. Опять неудача, опять она промахнулась… Она давно потеряла след, не брезговала даже самыми туманными намеками и все чаще уповала на удачу. Но больше всего девушку пугало то, что с каждым разом разочарование становилось все привычнее и привычнее…
За ней следили. Не рассматривали как присутствующие художники ее внешность, нет. Ее изучали как букашку под микроскопом. Медленно и расторопно отрывали лапки и крылья, вскрывали хитиновый панцирь. На нее смотрели и разбирали разум по кирпичику. Настойчиво добирались до самых сокровенных тайн и желаний. Адель резко выпрямилась в кресле, мертвой хваткой вцепилась в подлокотники и торопливо огляделась. Длинные пальцы от напряжения побелели. Верхняя губа дрогнула, обнажая острые клыки в хищном оскале. В зеленых глазах застыл страх и вызов. Художники оторвались от своих набросков и непонимающе зашептались между собой. Лицо стоявшего у входа в аудиторию Петра Ивановича вытянулось от изумления. Кое-как красноречивыми взглядами и жестами он привлек внимание ведьмы и потребовал вернуться к обязанностям натурщицы.
С непосильным трудом Раскольникова все-таки взяла себя в руки и приняла прежнюю позу, но царственное величие к ней так и не вернулось. Столь явная демонстрация испуга была серьезной ошибкой с ее стороны, но сдержаться не было сил. Она чувствовала, как таинственный исследователь проникает все глубже в ее разум. Ощущение было настолько мерзким и гадким, что хотелось бежать без оглядки, а к горлу подкатывала тошнота. Но еще ужаснее было то, что она не могла его увидеть. Она ясно видела магические нити, тянущиеся к ней, но откуда они идут вычислить не удавалось. Тот, кто следил за Адель, прекрасно понимал, с кем имеет дело, и знал, как скрыться от ведьменого взора. Определенно, на этот раз ворожея нарвалась на очень серьезного противника. Вопрос был лишь в том, кто он такой, этот загадочный чертов антрополог?

Слежка прекратилась после обеда, когда Адель успела добраться до своей второй работы. Девушка застыла на ступеньках кофейни «Джозефина» и с опаской огляделась. По пространству спокойно циркулировали небольшие потоки магии и снопы ничейных нитей. Не было даже самых мелких вспышек волнения. Никаких следов и зацепок. Ничего.
Адель оторопела. Только один черт знал, в каком аду она минуту назад побывала. Долгие часы она терпела омерзение и страх, не позволяя им выплеснуться наружу. Она захлопывала перед противником двери в своем разуме, путала пути и направления, забивала голову всякими глупыми мыслями. А между тем искала его самого. Пыталась понять, кто за ней так настойчиво наблюдает и что хотя бы приблизительно из себя представляет. Но теперь преследователь исчез, и как его теперь искать было не понятно.
- Адель…
Раскольникова дернулась на звук своего имени и резко развернулась. Кристина, хозяйка кофейни «Джозефина», отступила обратно к дверям от неожиданности.
- Адель… с тобой все в порядке? – обеспокоенно спросила Кристина, осторожно подойдя к ворожее. – Ты такая бледная. Не заболела, часом? И волосы спрятала…
Рука ведьмы дернулась к волосам и нащупала плотную ткань капюшона. Ах да, из-за игр в кошки-мышки ворожея не заметила, как инстинктивно попыталась стать как можно более неприметной. Даже укуталась в пальто, не смотря на теплое осеннее солнце.
- Нет, я в порядке, - заверила коллегу Адель, снимая капюшон и поправляя прическу. Кристина подозрительно прищурилась.
- Ну… если тебе станет плохо, ты всегда можешь взять отгул, - напомнила хозяйка, входя в кофейню.
- Угу, учту, - отрешенно кивнула ведьма, в последний раз бросив на расцвеченную огненными и золотыми красками улицу внимательный взгляд.

Кочевой образ жизни, который Адель вела значительную часть своей жизни, обязывал менять места работы как перчатки. В самом начале, когда девушка была еще неопытной ведьмой, вкалывать на нескольких обыкновенных цивильных работах было жизненной необходимостью, иначе денег даже на обыкновенные пули. Но когда карьера охотницы на нечисть начала идти вверх и приносить достойный заработок, такая надобность отпала. Остался только личный интерес и привычка.
Адель любила находиться среди людей невидимкой, наблюдать за ними и делать мысленные заметки о человеческой натуре, поэтому предпочитала работать в людных местах. Работа официанткой в кофейне ей прекрасно подходила, а капля слабо концентрированного приворотного зелья в чашку кофе и вовремя сказанные лестные слова навсегда расположили к себе начальницу Кристину. Раскольникова могла позволить себе любую прихоть: уйти, когда ей было нужно со смены, или легко выбить себе отгул – никто бы и бровью не повел. Тем более кофейня по совместительству была шоколадной лавкой, а сестра Адель обожала трюфеля и ходили слухи, что ее видели здесь полмесяца назад.
Но привилегии привилегиями, а работу свою Адель выполняла по возможности честно. Даже если надо было убраться и вынести весь мусор, накопившийся за первую смену. За ней следили, но она все равно ничего не могла поделать. Оставалось только ждать следующего прецедента, готовиться и надеться на лучшее.
«Ты у меняя еще попляшешь, гаденыш», - с ненавистью думала Адель, выбрасывая мусорные мешки в бак на заднем дворе. – «Мозги на изнанку выверну. Сам рад не будешь, что связался…»
Ее скрутило. Слабо, но так неожиданно, что ведьма вцепилась в вонючий край бака. В висках застучало, внутри похолодело, и весь мир заполнил истошный вопль:
- Ты меня убила!
Ворожея перевела дыхание, быстро собралась с мыслями и посмотрела на нежданного визитера. Молоденькая девушка, совсем еще ребенок, стояла у входа во двор и прожигала рыжую девушку ненавидящим взглядом. Она была почти не видна на свету. Размытая, словно бы сотканная из разноцветного дыма. На едва оформившейся груди расплылось черное кровавое пятно. Адель подозрительно сощурилась. Жертва, убитая насильственной смертью в юном возрасте. Ее дух жаждал отмщения, но был слишком слаб, чтобы завладеть разумом ведьмы. Совершенно безопасный субъект.
С другой стороны, нанимаясь в кофейню, Адель заранее обследовала близлежащие территории на наличие неупокоенных душ. Парочка как всегда нашлась, но безобидных и убитых среди них не было. А тут такой экземпляр. Разве, что призрак девочки прикрепился к какой-нибудь памятной вещи и перемещался вместе с ней. Рыжая отметила, что надо бы проверить догадку, но пока следовало прогнать пигалицу, чтобы не мешалась. По заведенному этикету, для начала стоило предоставить ей возможность убраться самой.
- Я детей не убиваю, - раздраженно отмахнулась ведьма и захлопнула крышку бака.
- Ты меня убила! – истерично завизжал призрак, но с места не сдвинулся. Звонкие нотки в голосе убитой стали последней каплей. И без того уставшая и измученная Адель окончательно вышла из себя.
- Слушай, дитатко! - рявкнула ведьма, оскалившись. – У меня правило – детей не убивать. Я не твоя убийца. Так что ты сейчас или сваливаешь сама, или я тебе провожу сеанс изгнания. Предупреждаю сразу, я садистка и будет очень больно.
- Ты меня убила! – вновь закричала девочка, словно бы не слыша слов ведьмы.
- Да откуда ж ты такая тупая взялась? – возвела очи горя девушка. – Я. Не. Убиваю. Детей. Понятно? Даже если дело касается малолетних злобных монстров…
Адель осеклась, моргнула и еще раз внимательнее пригляделась к призраку.
- Твою же мать…

Осеннее кладбище выглядело необычайно красиво. Темные каменные мавзолеи и надгробия возвышались над пестрым ковром из опавшей листвы. Дорожки были аккуратно вычищены, но то тут, то там уже сияли желтым золотом листья-монетки. Деревья тянули свои узловатые ветки к антрацитовому небу, и из-за янтарных крон, казалось, пылали огнем.
Адель небрежно провела рукой по черным прутьям решетки, отрезавшей кладбище от внешнего мира. Пальцы в тонких кожаных перчатках крепко вцепились в чугунные рюшки и украшения, и девушка заглянула за ограду. Определенно ведьме нравилось Восточное кладбище. Тихое, ухоженное и красивое местечко. Призраков в достатке, но все весьма спокойные. Скоро наступит вечер, полнолуние не за горами, да и медиум рядом, а они спят, словно их здесь и нет. Образцовое кладбище. Жаль только зараженное.
- В том и заключается проблема с упырями, - задумчиво протянула Адель. – Стаями не живут, но место кормежки предпочитают одно на всех. Мерзкие создания.
Ведьма откинула голову на плечо и заинтересованно изогнула каштановую бровь.
- Хм, вы всегда ходите втроем?
- Нас устраивает, - холодным тоном ответила госпожа Анна. За ее спиной Влад окинул ведьму надменным взглядом, а Татьяна напряженно поджала губы.
- Ваше дело, - отмахнулась охотница. – Тем более сейчас есть вещи поважнее.
- Как вы узнали про то, что на Кладбище завелись новые упыри? – слегка резковато спросил Влад.
- Я же охотница, - пожала плечами ворожея, уперла ноги в бордюр и повисла на вытянутых руках. – Профессия обязывает.
- Почему же вы не сказали раньше, когда заключали первый контракт? – голос Анны можно было колоть ножом для льда.
- Потому что не знала, - беззаботно ответила ведьма, слегка раскачиваясь из стороны в сторону, словно шаловливый ребенок. – Тем более вы же сами не позволили мне толком исследовать все кладбище. Вот дали бы чуть больше свободы – избежали бы кучи проблем. А так у упырей появилась фора, волокита с новым контрактом, лишние затраты…
- Госпожа Раскольникова, - грубо оборвала Анна и вплотную подошла к охотнице. – Вы хоть понимаете, о чем идет речь?
- Вы об особенностях кладбища? – уточнила Адель. – Если да, то можете не пояснять, я и так знаю… эхх…
Было поздно. Полный преданности взгляд главы общества уже устремился на надгробия за решеткой, в голосе явно чувствовалось благоговение.
- Кладбище живое, сударыня. У него есть сознание, понять которое не дано ни одному из смертных. Но оно есть и это факт. Кладбище бережно охраняет души и тела похороненных. Наш долг хранить его покой. Любое, даже маленькое разрушение, для него словно рана. Поэтому мы ограничиваем действия даже охотников, которые помогают нам вытравливать мерзких тварей, - госпожа Анна посмотрела на Адель взглядом человека, фанатично преданного своему делу. - Разве вы не понимаете?
- Я-то как раз понимаю лучше других, - буркнула ведьма. Прочитанная лекция кроме тоски у нее больше никаких эмоций не вызвала.
- Конечно же, - язвительно цокнула язычком глава общества и вновь перевела взгляд на мрачный, но пестрый осенний пейзаж. – Поэтому от таких, как вы, кладбище надо оберегать вдвойне.
Адель еле сдержалась от соблазна злобно зарычать и оскалить зубы. Взяв себя в руки, отпустила чугунные украшения и отряхнула пальто от невидимых пылинок.
- Вы всегда можете обраться к местной Гильдии охотников, - нарочито небрежно напомнила она. Троицу седовласых заметно передернуло.
- Это было бы… нежелательно, - выдавила из себя Анна и быстро собралась. – Несмотря на некоторые обстоятельства, мы бы все равно хотели бы заключить контракт именно с вами. Что скажите?
В голосе ее звучали нотки извинений. Женщина явно поняла, что перегнула палку и из двух зол выбирает явно не то. Адель не удержалась от презрительной хищной улыбки.
- Можем попробовать договориться.

Когда Адель наконец-то отправилась домой, на город опустились сумерки. Новый договор был составлен и согласован в необычайно короткие сроки. Трио из общества проявили поразительную уступчивость: разрешили Адель свободно перемещаться по кладбищу и опросить всех служащих. Риск, конечно же, был учтен и сказался на оплате, но ведьму деньги мало волновали. Новые упыри, призрак девочки, слежка – детали с острыми гранями складывались в весьма неприятную картину. Если она правильно связала события последних суток, то охотница оказалась по уши в дерме. А времени мало.
Поэтому Раскольникова так спешила домой, периодически сбиваясь на легкий бег. На ходу она перебирала все артефакты и заклинаниями, которыми располагала, и мысленно просчитывала возможные варианты. И совершенно забыла следить за дорогой.
- Ой! Ёшкин кот! – взвизгнула старушенция, чуть не столкнувшаяся с Адель на перекрестке. В последний момент ведьма успела отскочить назад, но старушка не удержалась от возмущений.
- Ты что ж бежишь как очумелая, коза? – рявкнула она, преградив девушке путь.
- Извините, я спешу, - отстранено ответила ведьма и попыталась пройти мимо.
- А я нет?! Я, между прочим, старая женщина…
Адель ее не услышала. Не потому что была слишком занята своими делами, чтобы обращать внимание на ворчание сварливой бабки. Она не слышала вообще ничего. Ни гула машин, ни топот сотен прохожих, ни чьих-либо голосов и других шумов, наполнявших большие города. Будто бы у окружающего мира выключили звук. Осталась только звенящая тишина, больно отдающая в ушах. От неожиданности ведьма застыла на месте и уставилась перед собой. Боковым зрением она заметила, как возмущение на морщинистом лице старухи сменилось смесью удивления и испуга. Потрескавшиеся губы складывались в новые, лишенные злости слова.
- Эй? Барышня, с тобой все в порядке? – обеспокоенно вопрошала старушенция, не зная бежать ли ей от странной девушки или помочь.
Адель ничего не ответила. Вместо слов из ее горла вырвался истошный крик, привлекший внимание остальных людей на перекрестке. Девушка схватилась за виски и упала на колени, припав к земле так низко, что едва не коснулась лбом асфальта. Тонкие пальцы побелели от напряжения и, казалось, еще немного и вырвут с корнем огненные локоны. Старушка не на шутку перепугалась. Кто-то из прохожих подошел узнать, в чем дело.
- Девушка, вы как? Вы меня слышите?
- Не похоже на эпилепсию…
- Здесь где-нибудь есть рядом больница?
- Да господи! Кто-нибудь уже вызовите «скорую»… Ох…
Никто так и не понял, в чем было дело. Не прошло и минуты, как припадок девушки прекратился так же неожиданно, как и начался. Ведьма молча поднялась на ноги и выпрямилась в полный рост. Руки безвольно опустились по швам, дыхание было глубоким и очень ровным, а остекленевшие зеленые глаза уставились в невидимую точку на горизонте. Не проронив ни слова и не обращая на столпившихся зевак внимания, она спокойно пошла вперед, ступая точно во сне.

Она шла чуть больше четверти часа. Ее путь пролегал через дворы и закоулки, через заборы и ямы. Она двигалась сонно, но на удивление легко и просто огибала любые препятствия. На сапожках и джинсах налипла грязь, подол пальто где-то успел порваться, токая кожа перчаток потрескалась. Она не обращала внимания на такие мелочи. Ей было все равно. Она слышала только мелодичный голос в своей голове, нашептывающий ей мягкие слова.
Голос вел ее, подсказывал куда ступать и где срезать путь, чтобы быстрее добраться до цели. Он привел ее к заброшенной стройке, в центре которой высилось мертвое здание. Наполовину оно было не достроено, наполовину - разрушено. Территорию никто не охранял, и Адель без проблем пробралась внутрь.
В пустеющем холле было холодно и темно. Но девушке не требовался свет. Голос прекрасно справлялся со своими обязанностями проводника. Он показал, где лестница и подсказал, как высоко по ней нужно подняться. Ведьма покорно пошла наверх, не задумываясь о том, что ветхие ступени могут обвалиться в любой момент.
Голос приказал ей обнажить руки. Испорченные перчатки мягко упали вниз в кучи строительного мусора и грязи.
Голос потребовал расплести косу. Рыжие локоны непокорным водопадом разметались по плечам, опустились ниже лопаток.
Голос попросил расстегнуть пальто. Не смотря на сквозняк и холод, девушка покорилась, все так же медленно поднимаясь по лестнице.
И чем больше ступеней она преодолевала, тем яснее слышала второй голос. Такой же мягкий и мелодичный, но нашептывающий совсем иные слова. Невозможно было понять, на каком языке он говорит и о чем, но Адель было все равно. Звуки в голове направляли, звучавшие в реальности – манили. И когда она дошла до цели и увидела источник прекрасных речей, то впервые за путешествие остановилась. Во взгляде пропала всякая сонливость, и зеленые глаза полыхнули фанатичным безумием и благоговением.
Весь третий этаж был наполнен чистым и прозрачным ярко-голубым светом. На грязном полу, на обшарпанных стенах и бетонных колоннах расцвели причудливые неоновые узоры. Нити магии, сложенные в колдовские орнаменты. Они были столь яркими и мощными, что даже обыкновенный человек, лишенной каких-либо волшебных способностей, без труда мог увидеть их воочию. Они двигались, менялись, сияли и сверкали синими, голубыми и белыми всполохами. На полу распустился самый дивный из них - причудливое переплетение десятков колец из символов и прямых линий. Они единственные излучали ровный свет, словно неоновые лампы, и во всей красе освещали зачинщика ритуала, стоявшего рядом. Именно ему принадлежал тот, второй бархатный голос. Из его левого глаза вырывалось бледно-голубоватое свечение. В одной руке он держал тяжелый фолиант, другую отвел в сторону. Свободная ладонь в черной перчатке также была изукрашена дивными узорами. Свет от них едва пульсировал в такт сердцу ведьмы.
Внутри Адель екнуло, когда она встретилась с колдуном взглядом. Из груди толчком вырвался выдох, словно девушку с силой ударили в живот. Она двинулась вперед, но, не успев сделать и пары шагов, упала на колени и уперла руки оземь. Было больно, но ведьма не обратила внимания на неприятные ощущения. Не спуская привороженного взора от колдуна, она придвинулась к магическим орнаментам. Куда-то пропала всякая сонливость и медлительность. Она двигалась изящно и плавно, точно кошка, крадущаяся на охоте. У самого крайнего неонового круга девушка остановилась и села на колени. Тонкие пальцы поднялись к вороту рубашки и расстегнули несколько верхних пуговиц; вторая рука в мелких ссадинах от бетонной крошки скользнула к колдовским узорам и нашарила изящный кинжал с сияющим лезвием, до этого сокрытый ярким светом. Откинув голову назад и изогнув спину, ведьма занесла оружие над своей грудью. Голос колдуна стал громче и жестче. Свободная рука, расцвеченная сияющими нитями, сжалась в кулак.
И тогда Адель подняла голову. Окинула колдуна совершенно ясным и насмешливым взглядом и громко вскрикнула:
- Бу!

В воздухе пахло озоном – первое, что отметила Адель, придя в себя. Обычно девушке очень нравился этот запах, как после обыкновенного дождя, так и после колдовских ритуалов. Но сейчас был совсем иной случай и любимый аромат никаких приятных чувств не вызвал. Наоборот, напомнил, что, не смотря на ужасную головную боль и ломоту в теле, надо было приходить в себя и сваливать со стройки. Кто-нибудь обязательно заметил или услышал мощный взрыв с характерными синими всполохами.
Адель неохотно открыла глаза и аккуратно села на еще больше замусоренный и разрушенный пол. Голова разболелась сильнее, настойчиво намекая, что с минуты на минуту рассыплется на тысячу осколков. На фоне такой боли ссадины и порезы на руках и коленях, да синяки по всему телу казались сущей мелочью. С другой стороны ей еще повезло: не выстави она вовремя щит, все могло бы закончиться намного печальнее. Так грубо прервать заклинание на самом пике – сущее безумство, на который мало кто отважится. Но Адель было не впервой так рисковать.
Удерживая разваливающуюся голову в руках, Раскольникова осмотрелась. От третьего этажа почти ничего не осталось: потолок и стены были в глубоких трещинах, в полу образовалась огромная дыра, вокруг были сплошные бетонные обломки и торчащая арматура, а одну из колонн и вовсе снесло.
- Красота… - тоскливо прошептала ворожея и еще тише выругалась. Пошатываясь, она кое-как встала на нетвердых ногах и привалилась к стене. Страшно хотелось упасть в мягкую кровать и поспать суток двое. Но до дома еще надо было добраться, а холодный разрушенный пол явно не годился в качестве замены комфортным перинам. Оставалось только радоваться, что девушка осталась жива и относительно невредима, а колдун был точно мертв, потому что… Адель осеклась и зло выматерилась чуть ли не в полный голос. Ее враг лежал поодаль, частично скрытый грязно-серыми обломками. Но даже с такого расстояния девушка ясно видела, как его грудь медленно поднималась и опускалась. Ворожея яростно зашипела и оторвалась от стены. Ее накрыла такая злость, что она в один миг забыла про все свои увечья. Среди мусора по тусклому блеску она быстро нашла ритуальный кинжал и уверенно зашагала к колдуну.
- Копался в моей голове, напугал до полусмерти, - перечисляла Адель, морщась от боли, - спутал все карты, попытался подчинить и чуть не убил! Достаточно для смертной казни!
Он был без сознания. Покрытые бетонной пылью одежды пропитались кровью, но раны мужчины были не серьезнее, чем у охотницы. Ведьма села на колдуна верхом и оттянула ворот рубашки. На исцарапанной осколками шее был толстый кожаный шнурок с обуглившимся амулетом. Судя по тому, что осталось, талисман был призван защищать владельца и автоматом в случаи опасности выставлять щиты. Это все объясняло. Колдун хоть и был наглым, но предпочел подстраховаться.
- Молодец, - зло выплюнула Адель. – Но теперь ты точно не спасешься, гаденышь.
Стремительным движением ведьма занесла кинжал, намереваясь перерезать мужчине горло. Удара не последовало. В один миг вся ярость, злобы и жажда крови исчезли без следа. Долгую минуту Адель вглядывалась в бледное лицо, внимательно изучала каждую черточку. Она мягко опустила руку с кинжалом и медленно подалась вперед, низко склонившись над колдуном. Свободная рука скользнула к испачканной серой пылью щеке. Тонкие пальцы, едва касаясь, провели по скуле. Рассматривая незнакомца, ведьма едва слышно мурлыкнула:
- Hellooo, pretty thing.

Глава 3.


Яичница шипела и плевалась маслом в разные стороны. Вторую половину сковородки оккупировали ломтики бекона, которые вели себя не менее шумно. На соседней конфорке румянились в специальной форме круглые датские оладьи. Мучные сферы источали приятный аромат поздних осенних яблок и с одного бока уже начинали опасно темнеть. Но хозяйка вовремя спохватилась и успела перевернуть европейские оладушки до того, как они успели подгореть. И вновь устремила взор на дверь в свою спальню.
Время близилось к обеду, но Адель была слишком занята, чтобы бегать в магазин, и готовила из того, что есть. Устранение последствий сорванного ритуала отняло последние остатки сил. Добравшись до дивана, девушка тут же отключилась, чтобы подняться с рассветом и со всех ног бежать обратно на кладбище и только к обеду вернулась домой. Но все время, пока охотница проводила расследование, ее не отпускала навязчивая мысль. Назойливая идея в целом не мешала работе, но и полностью сосредоточиться на деле не позволяла. А дома и вовсе вышла на первый план, заставляя Адель подолгу смотреть в сторону собственной спальни.
Строго говоря, двери в будуар не было. Вместо нее колыхались широкие куски пестрой, но дешевой газовой ткани и нитки стеклянных бус. Сквозь них прекрасно можно было видеть захламленное маленькое пространство и кусок прислоненной к стене кровати. Для среднего обывателя спальня Адель представляла собой дикое зрелище: многочисленные наряды висели прямо на стене, одни книги делили полки с подозрительного вида склянками и шкатулками, а другие стопками громоздились на полу в компании разнообразных туфель. К стене было прислонено высокое зеркало, под которым лежал истрепанный древний чемоданчик – верный спутник Адель в ее путешествиях. Рядом стоял объемистый ящик с виниловыми пластинками, на которых были записаны обыкновенная музыка и тексты заклинаний. Тем ни менее, подобная планировка была вполне в духе рыжей ведьмы. А вот мужская рука, безвольно свисавшая с края кровати, была действительно предметом из ряда вон выходящим.
Так уж завелось, что Раскольникова никого и никогда не пускала в свой дом (даже если в его роли выступало временное пристанище, наподобие гостиничного номера или дешевой съемной квартиры). С заказчиками она встречалась на их или нейтральной территории. Редких знакомых и друзей она не приглашала и уж тем более не водила к себе любовников. За долгую бурную жизнь случались, конечно же, исключения, но данная ситуация и в них не вписывалась. Шутка ли, притащить в свое пускай временное, но надежное логово колдуна, который пару часов назад пытался тебя убить, и уложить в собственную постель? Тем не менее, Адель именно так и поступила и о своем решении не жалела. Лишь может быть самую малость, потому что мысль о странном госте не давала нормально сконцентрироваться на приготовлении обеда.
Чайник на плите громко засвистел, привлекая внимание хозяйки. Девушка быстро убрала утварь в сторону, пододвинула сковородки и сделала радио громче. О шуме она ни капли не беспокоилась: заклинания «Стена Тишины», начертанного на дверном косяке, должно было хватить еще недели на две. Отвернувшись от спальни, ведьма достала из шкафчика объемистые чашки, насыпала в каждую растворимого кофе и щедро сдобрила сгущённым молоком. Из радио лилась приятная спокойная мелодия без слов. Сама не заметив, Адель тихо запела.
- Спи спокойно, детка, на еловой ветке. Ветер задувает, колыбель качает. Обломилась ветка, полетела детка вместе с колыбелью на сырую землю…
- I realized that you`re medium, but did not expect such strenght.
От неожиданности Адель вздрогнула, поспешно поставила на стол горячий чайник и повернулась на голос. Колдун стоял на пороге в спальню, прислонившись к косяку, и старательно тер глаза. Он был высоким. Выше далеко не маленькой по женским меркам Адель. Он был тощим и жилистым. Но его худоба явно была естественной особенностью телосложения, а не признаком подорванного здоровья. У него были короткие огненно-рыжие волосы. Судя по всему, в последний раз мыли и ровняли их очень давно, и теперь яркие сальные пряди забавно торчали в разные стороны. Как и все рыжие, мужчина был очень бледен.
- It was your fault, - не спуская с гостя пристального взгляда, спокойно ответила Адель с рыкающим акцентом. – You had read my mind, but missed that fact.
Колдун отнял руки от лица и злобно посмотрел на девушку. Ведьма невольно подалась немного назад.
Он не был красивым, но и не уродливым. Слишком резкие черты лица, чересчур высокие скулы, «птичий» нос и тонкие четко отчерченные губы. Тем не менее, в острых линиях явно угадывалась порода и благородство. Редкий аристократизм, обусловленный не формальными документами и титулами, а кровью и характером. Но у Адель было достаточно времени, чтобы изучить гостя, пускай глубокий сон смягчил хищные черты. А вот его глаза в нормальном освещении она видела впервые.
У колдуна был вполне естественный цвет глаз – льдисто-голубой. Другое дело, что зрачки у него были разного размера. В то время как правый казался совершенно нормальным, левый был максимально расширен и на свет не реагировал. Впечатление создавалось жуткое: будто кто-то вколотил мужчине в глаз кусок первородной Тьмы, где она застыла на веки черным льдом. По крайней мере, подобному объяснению Адель ни капли бы не удивилась. В магическом мире и не такое случалось.
- You hindered me, - зло прорычал колдун, сверля девушку взглядом.
- Oh, sorry, - съязвила ведьма. – Or do you really think that I was wrong?
- All right, - закатил глаза он и скрестил руки на груди. – You win. But why didn’t you kill me?
- I didn`t want, - беззаботно поджала плечами она и принялась раскладывать еду по тарелкам. – Now you`re my guest.
С выражением крайнего скептицизма на лице, колдун выставил правую руку в сторону. В солнечных лучах сверкнула тонкая золотая цепочка. Один ее конец туго обхватывал мужское запястье, другой терялся в полумраке зашторенной спальни.
- Paris chain. Classic, - слова рыжего так и сочились горьким ядом. – Very hospitable.
Адель недовольно зафырчала, расставляя тарелки на низком столике.
- What do you expect? You tried to kill me, - напомнила ворожея, сев по-турецки на одну из пестрых подушек, раскиданных на полу. – I`ll take it off, after we talk. But first we will have lunch.
Под неотрывным взором ворожеи, колдун долго смотрел на полные всякой снеди тарелки, потом на девушку. Темно-каштановая бровь медленно изогнулась в немом вопросе. Адель еле сдержалась от очередного раздраженного вздоха.
- Look. I taken you to my place, given you my bed. I had used all my healing spells and amulets to cure you. And this dinner is the last food in my home.
Колдун напряженно сжал тонкие побелевшие губы, продолжая сверлить ведьму подозрительным взглядом.
- Now, answer me, sorcerer, - промурлыкала она с ласковой улыбкой на устах. – Does it seems, that I try to kill you?
Ответа не последовало. Рыжий сорвался с места и набросился на еду с такой жадностью, словно бы не ел уже много месяцев. Вначале он проглатывал целые куски, в спешке запивая их предложенным молоком. Чуть погодя, мужчина сбавил обороты и перестал вести себя словно дикий голодный зверь, но все равно торопился. Адель довольно улыбнулась и ушла на кухню. Вернулась девушка с полными чашками кофе и подала оду из них колдуну. Как она и ожидала, мужчина выпил напиток залпом, не размешав сгущенное молоко на дне. Ворожея беззлобно усмехнулась и села на пол, прислонившись спиной к дивану.
- Чудило, - прыснула она, помешивая кофе и наблюдая за уничтожением обеда. На самом деле поведение колдуна было вполне нормальным. Колдовство всегда отнимало много энергии, а в случае рыжего дело усугублялось отдачей от разбитого заклинания. Ему сильно досталось от вырвавшейся из-под контроля магии даже с защитным амулетом, который спас ему жизнь. Конечно, если бы Адель не истратила на мужчину свой целительный запас, он бы чувствовал себя куда хуже. «Все-таки такой удар по телу и разуму…»
- Какая прелесть, - протянула девушка, сцапав один из последних датских оладушков. – Нянчусь с чертовым контуженным параноидальным колдуном…
- В компании которого советую быть осторожнее с высказываниями, - на ясном русском, но не без характерного акцента язвительно отметил мужчина. Его слова, сказанные на родном для ведьмы языке, прозвучали неожиданно, но как ни странно должного впечатления не произвели.
- Знаю, - пожала плечами Адель. – Пока ты копался у меня в голове, я тоже успела о тебе кое-что узнать.
- Как много? – сощурился колдун.
- Мелочь, - отмахнулась ведьма. – И то меня способности медиума выручили.
- Я думал, они выручили, когда я попытался подчинить тебя себе, - произнес он с легким оттенком досады и подцепил вилкой последний датский оладушек.
- О, ну там они особенно пригодились, - фыркнула девушка и отхлебнула кофе. – Ты хоть представляешь, какое огромное разнообразие духов пыталось завладеть моим разумом за всю мою жизнь?
Не дожидаясь ответа, она вскочила на ноги и направилась в сторону кухни.
- Слабенькие и совершенно безмозглые, средненькие и одержимые восстать из мертвых, сильные и вполне адекватные, - перечисляла Адель, доливая в чашку сгущенки и кипятка. - Словом, разные… Особенно сложно и страшно иметь дело с призраками психопатов и маньяков. Им часто не просто через медиума заглянуть в мир живых надо, а либо полностью завладеть сущностью, либо замучат до смерти.
Девушка не торопливо облизнула липкую от сладкого ложку. Взгляд зеленых глаз остекленел и устремился куда-то в глубины памяти.
- Хочешь жить – многому научишься, - подвела итог ворожея. – Отгораживаться, запугивать самих призраков, изгонять… Естественно для этого самой надо уметь их остатки разума читать. Так что я тебе не советую впредь пытаться меня подчинить. Бесполезно.
- Я уже понял, - зло отозвался колдун, приглаживая сальные волосы. – Но почему при таком опыте и способностях, ты узнала обо мне только «мелочь»?
- Ты все-таки не призрак, - фыркнула Адель, возвращаясь за стол. – Подходы разные. Твой мне был в новинку. Тем более, я слишком много времени потратила, чтобы тебя запутать и попытаться вычислить твое местонахождение. А когда приступил ко второй части плана, то оказалась, что у живых и у мертвых методы подчинения почти одинаковые. Забавно, правда?
- Sure, - фыркнул парень, закатив глаза.
- А ты сам многое обо мне помнишь? – лукаво поинтересовалась ворожея. – Магическая отдача должна была в теории всю информацию обо мне стереть. Но на самом деле, кое-что сохранилось. Я права?
- Права, - кивнул колдун, и на его губах заиграла недобрая усмешка. – Но я предпочту промолчать, что именно я о тебе помню.
- Да бога ради! - отмахнулась девушка, прихлебывая кофе. – Так даже интереснее. К тому же у меня к тебе деловое предложение.
- Аха! - картинно оживился рыжий. – Вот мы подобрались к разгадке моего «спасения». Только, прошу, четко и ясно, без лирических отступлений. А то я уже себе всю голову сломал, гадая, почему все еще жив.
- Если вкратце, то я вольная охотница, у меня контракт с Восточным кладбищем на зачистку от упырей и мне нужен помощник.
Колдун скептически вскинул бровь. Слова Адель звучали как очень плохая шутка. Тем не менее…
- В чем подвох? – серьезным холодным тоном спросил рыжий.
- Я думаю, кладбище облюбовал Хозяин Чудовищ, - поделилась догадкой ворожея.
- Сомнительно, - покачал головой мужчина. – Кладбище бы не допустило.
- Но у меня есть доказательства, - веско заявила девушка и поставила пустую кружку на стол. - Позавчера я убила первого упыря. А так как эти зверушки - деградировавшие из-за дурной крови вампиры, то душа у них есть, и они способны порождать после смерти слабых призраков. Их фантомы дальше, чем на метр от места смерти отойти не в состоянии – доказанный факт. А теперь самое интересное. Сутки назад посреди города ко мне прицепился призрак девчонки. С виду очень слабенькая, но на деле способная отдалится от места захоронения на внушающее расстояние.
- И ты хочешь сказать, что она – фантом убитого упыря и после смерти продолжает черпать энергию из Хозяина? – перебил мужчина. Проигнорировав явное недоверие в его тоне, Адель утвердительно кивнула.
- Хозяину принадлежат души его чудовищ, а, следовательно, и их призраки.
- Но почему ты так уверена, что девочка была тем самым упырем? – слегка заинтересованно уточнил колдун.
- Во-первых, в призрачной форме она сохранила некоторые признаки вампира. Либо родилась нежитью, либо любила эту ипостась сильнее, чем человеческую. Во-вторых, характерные следы смертельного удара в сердце. В-третьих, она сама мне сказала, что я ее убила. А я детей не убиваю. Но упырей-то не разберешь, какого они возраста, - Адель смущенно развела руки в стороны и выжидающе посмотрела на колдуна. Рыжий с минуту молчал, размышляя над сложившейся ситуацией.
- Логичная картина, но, опять-таки повторюсь, кладбище в него не вписывается, - подвел он итог. – Оно не позволило бы чужаку пользоваться своими землями для выращивания всяких тварей.
- Если только между ним и Хозяином нет договора, - отметила ворожея. – Наподобие того, которое заключает с ним Общество смотрителей.
- Выгода?
- Души жертв упырей. Любое кладбище - жадное и прожорливое существо. Чем больше душ – тем лучше. И неважно, каким образом они к нему попали и какой вред будет причинен ему самому, - Адель громко и ядовито фыркнула. - Это только глава общества госпожа Анна обожает идеализировать сущность кладбища.
- Да, она известная фанатичка, - согласился колдун, невольно скривившись. – С другой стороны, она-то как упустила из виду такую редкую, но приметную личность как Хозяин?
- Ну, о силе его ничего толком неизвестно. Мало ли как он скрывался, - уклончиво ответила ведьма. – Я сначала вообще думала, что ты и есть Хозяин и решил убрать охотника, не прибегая к еще неокрепшим монстрам, пока не поняла, что я тебя совсем по иным причинам интересую.
Колдун удивленно вскинул брови и громко прыснул.
- O! Thank you. Неоднозначный, но лестный комплимент.
- You`re welcome, - весело усмехнулась ведьма. – И все-таки… Что скажешь?
Мужчина задумчиво побарабанил ногтями по столу.
- Смотря, что предложишь в уплату за помощь. Предупреждаю сразу, деньги и артефакты меня не интересуют.
- Моя кровь.
Льдисто-голубые глаза недобро сверкнули. Колдун заметно напрягся, но промолчал.
- В ритуале, который ты проводил, не требуется смерть ведьмы, - спокойно продолжила девушка. – Нужно всего лишь несколько капель крови. Контролируемая ведьма тебе не нужна и создавала бы новые проблемы, но и отпустить ты меня не мог.
- А теперь ведьма сама себя предлагает, - горько усмехнулся мужчина, отведя взгляд в сторону.
- Предлагаю свою кровь, - холодно напомнила Адель и тут же лукаво улыбнулась. - Соглашайся. До полнолуния еще есть время. Уверена, твой друг потерпит еще несколько дней без лекарства…
Движения были слишком быстрыми, чтобы их можно было заметить со стороны. Но реакция у обоих магов была отменная. Они так и застыли, сверля друг друга хищными взглядами. Острые зубцы вилки уперлись ведьме в сонную артерию. Золотая цепочка обвилась вокруг шеи колдуна.
- Парижская цепь, - разрушила напряженную тишину охотница. – Классический охранный артефакт, но модифицированный. Оставишь на мне хоть царапину - она передавит тебе трахею.
Колдун осторожно, но зло усмехнулся, оценив предусмотрительность ведьмы. Вилка с глухим стуком опустилась на стол. В то же время цепочка освободила мужскую шею и упала на пол. Адель вскочила на ноги и отошла на пару шагов назад.
- «Двенадцать Кругов Владычицы Озера» - ритуал, применяемый для создания лекарств от редких инфекционных заболеваний, - затараторила девушка, смотря в сторону и словно бы ни к кому не общаясь. – Основное условие - вторая четверть лунного цикла. Чем ближе к полнолунию, тем сильнее результат, но менее стабильный процесс создания. Основной ингредиент – любое количество крови ведьмака.
Адель резко повернулась к колдуну. Мужчина спокойно сидел, прислонившись к краю дивана. Но, не смотря на видимое умиротворение, взгляд у него был злым и холодным, а грубый изъян на лице делала его еще более пугающим.
- Ты не болен, значит для кого-то другого, - уже медленнее продолжила ведьма. – Ты торопился и поэтому в один день решил и изучить меня, и подчинить. Ты сильно нервничаешь, но скорее не из-за того, что оказался у меня в плену, а из-за кого-то близкого. Значит, кто-то дорогой тебе болен. Друг – один из возможных вариантов. Видишь? Способности медиума здесь не причем.
- Учитывая ситуацию, у меня нет другого выбора, - произнес рыжий и устало запрокинул голову. - Придется тебе поверить.
Девушка мягко опустила на пол напротив необычного гостя.
- Понимаю почему я. Недавно в городе, никто толком не знает и не схватится, если я внезапно исчезну. Но ответь, много ли ведьм готово предложить собственную кровь колдуну?
- У меня есть условие, - мужчина выпрямился и убрал упавшие на лицо огненные пряди. – Я потерял слишком много сил и лично творить заклинания не в состоянии. Как только восстановлюсь, в независимости от того, поймали мы Хозяина Чудовищ или нет, незамедлительно проводим ритуал.
- Годится, - не задумываясь, согласилась Адель и протянула колдуну руку.
- Но я должен тебя предупредить, - умерил ее пыл мужчина. – У меня в прошлом были конфликты с Анной и она меня, мягко говоря, не переваривает. Из-за этого у тебя могут быть крупные неприятности.
- Я медиум, - прыснула девушка. – Одного моего присутствия достаточно, чтобы при желании превратить любое кладбище в дурдом. Но Анна меня все равно терпит, а значит согласиться терпеть и моего помощника. Кем бы он ни был.
- Смотри сама. Я тебя предупредил, - впервые за беседу колдун улыбнулся без тени злости или раздражения и пожал охотнице руку.
- Вот и договорились, - радостно подвела итог девушка и принялась убирать пустые тарелки со стола.
- К работе приступим сегодня же, но для начала приведи себя в порядок. Сам видишь, рубашку и брюки я не трогала. Остальную одежду более-менее почистила и, пока ты спал, немного умыла. Дальше сам. Ванная по коридору направо.
- Спасибо, - кивнул колдун и вновь сильно запрокинул голову. Повел слегка ноющими плечами.
- Perfect, - выдохнул он, лениво изучая старый потрескавшийся потолок. - I just made a deal with bloody crazy witch.
- I hear it! - отметила Адель, выглянув из кухни.
- I know.
запись создана: 02.12.2014 в 19:34

@темы: Фэнтези, Приключения, Миди, Джен, Детектив, Гет, R

Комментарии
2015-07-24 в 16:15 

Leland Cinnamon
We must believe in something that I would call a miracle
Интересная идея, но не очень понравился стиль повествования. Первая часть:
Несколько раз на глаза попалось тяжеловесное "лишь только", и что-то еще в том же духе, что легко можно было бы заменить на слова более, скажем так, современные. Вот например о-очень тяжеловесно, раза три перечитала чтобы понять как это все компоновалось:
"Тонкой струйкой остатки дешевого вина, которое спрятанное на дне массивное кольцо из дорого серебра и сама фляга из чуть менее качественного металла превратили в смертельный яд для упырей, окропили землю."
Кроме того, с самого начала неясно какая эпоха, что за мир. Вроде бы современность, но какая-то странная. С самого начала почему-то сложилось ощущения века девятнадцатого.
Ну и конечно, лол, Раскольникова.
А вот со второй главы будто другой человек писал. Читаю дальше с удовольствием.) "В половину седьмого будильник настойчивым визгом оповестил о начале нового дня. Зеленые глаза с легким оттенком безумия резко распахнулись." :hlop:

2015-07-24 в 20:01 

Queen Rippey
Я мыслю, значит Ты существуешь (с) Ergo Proxy
Leland Cinnamon
По поводу стиля могу сказать то, что "Там, где живут ведьмы" моя первая серьезная работа и поэтому да, я понимаю, что стиль в тот момент у меня только-только формировался и хромал на обе ноги. Сейчас хочется верить, что он стал лучше, хотя мне судить сложно^^"

Кроме того, с самого начала неясно какая эпоха, что за мир.
Как такой идеи сразу давать вводную по миру у меня не было. Хотелось, что бы мир становился более ясным по мере чтения)

Вроде бы современность, но какая-то странная. С самого начала почему-то сложилось ощущения века девятнадцатого.
Это альтернативная вселенная, но по большей части отражающая наш мир как в кривом зеркале. То есть много нашего, земного и знакомого, но в тоже время так же много разного рода странностей, вроде магии, чудищ и прочего. И 19ый век да, хотелось дать легкий налет старины и стимпанка-дизельпанка) Хотя технологии в этом мире все-таки есть, но с учетом того, что магия сильно влилась в бытовую жизнь.

Ну и конечно, лол, Раскольникова.
По-моему звучит)

А вот со второй главы будто другой человек писал.
Подозреваю все потому что между написанием первой и второй главы у меня был большой перерыв. К тому же когда я садилась писать вторую главу, то намного лучше и четче представляла себе и мир, и персонажей, да и сам сюжет. Думаю это могло сильно повлиять на стиль.

Читаю дальше с удовольствием.)
Это очень радует)))))) Спасибо!))))))

И отдельно большое спасибо за такой развернутый ответ. Я обязательно попытаюсь как-нибудь исправить первую главу и сделать ее более читабельной)

   

~Библиотека Ориджиналов~

главная